Ремесло и ремесленные специальности

При изучении ремесла Древней Руси мы стоим на твёрдой почве благодаря капитальным исследованиям Б. А. Рыбакова. Основанные на глубоком изучении вещественных памятников, его труды воссоздают яркую картину ремесленного производства на Руси IX-XV вв.

Особые главы в его работах посвящены городскому ремеслу.

Однако и после выхода трудов Б. А. Рыбакова целый ряд важных вопросов в истории городского ремесла X-XIII вв. потребует дальнейшего изучения. Ведь и сам автор признаёт, что количество источников для составления полного списка специальностей городских ремесленников в Древней Руси очень немногочисленно. Между тем, - пишет Б. А. Рыбаков, - «только при наличии такого списка мы получим возможность сравнивать ремёсла, отдельные города между собой и ремесло Киевской Руси с ремеслом в других странах» (В. А. Рыбаков, Ремесло Древней Руси, М. 1948, стр. 501).

Не будучи специалистом в области ремесленного производства и его истории, я не могу браться за рассмотрение, пополнение или уменьшение списка, составленного Б. А. Рыбаковым. Вне моего изучения остаются и собственно производственные процессы, так глубоко изученные археологами. Но есть одна область, недостаточно учтённая и в превосходном исследовании Б. А. Рыбакова, - это свидетельства письменных источников о ремёслах древнерусских городов, а эти свидетельства являются не только полезным, но и необходимым дополнением при изучении ремесленного производства Руси IX-XIII вв.

Чисто археологические данные, без сочетания с показаниями письменного материала, могут порой привести к неправильным выводам. Такие выводы о чрезвычайной специализации ремёсла в Древней Руси и сделали некоторые авторы, хотя, по правильному замечанию Б. А. Рыбакова, «сочетание нескольких родственных производств в одной мастерской далеко не всегда является свидетельством примитивности ремесла» (Там же, стр. 507). Ведь большая специализация предполагает существование определённого и притом значительного спроса на ремесленные изделия. При отсутствии такого спроса ремесленники, естественно, должны были производить разнообразные предметы и выполнять разнообразные технические процессы в. одной мастерской.

Б. А. Рыбаков насчитывает в Древней Руси 64 ремесленные специальности и делит их на 11 групп. Однако объединение отдельных ремесленных специальностей в каждой из этих групп представляется не всегда обоснованным. В частности, непонятно, например, почему серебряники отделены от эмальеров, иконники от живописцев и т. д. Поэтому при обзоре ремесленных специальностей я буду исходить из несколько другого деления, Объединяя ремесленников по принципу производства ими тех или иных предметов хозяйства и быта (ювелирное, оружейное производство и пр.), а не по принципу обработки тех или иных материалов.

Одним из самых распространённых видов ремесленного производства было кузнечное дело. Как и в позднейшее время, кузнецы обычно селились при въезде в город, И соответствующие городские ворота иногда прозывались кузнечными (например, кузнецкие ворота в Переяславле Южном). Слово «кузнец» («кузнець») находим уже в житии Феодосия Печерского по списку XII в.; кузнец сковал для него железную цепь, которой Феодосий опоясался по телу ( «Сборник XII в. московского Успенского собора», М. 1899, стр. 47).

Слово «кузнец» было производным от «кузнь», что означало всякую поделку из металлов, в том числе из драгоценных. Об этом убедительно говорит сообщение летописи про бегство в Холм кузнецов по железу, меди и серебру («кузнице железу и меди и сребру») ( Ипат. лет., стр. 558). Существовало и другое слово для обозначения ремесленника, обрабатывающего металл, - «ковачь», но в письменных памятниках оно употреблялось редко, как и слово «коваль», которое тем не менее известно уже по русскому переводу Хроники Георгия Амартола. Кроме того, известны ещё слова «вотрь» (вътрь), также обозначавшее кузнеца, в том числе и медника, «корчий», «железоковец» ( И. И. Срезневский, Материалы для словаря древнерусского языка, т. I, СПБ 1893, стб. 434 (в дальнейшем - И. И, Срезневский, Материалы). В том же источнике, откуда взято слово «вътрь», показан глагол «вътваряти». См. также стб. 852 (железоковец); стб. 1412- 1413 (корчий или корчая)).

В исследовании Б. А. Колчина о древнерусской чёрной металлургии и металлообработке городским и деревенским кузнецам отведена особая глава. В нём тщательно исследованы и изучены металлические предметы, найденные в Новгороде, Старой Рязани, Вышгороде, Вщиже, Дорогичине и других городах. «Техника металлообработки Древней Руси в X-XIII вв., - пишет Б. А. Колчин, - предстаёт перед нами с высокоразвитой технологией механической и тепловой обработки железа и стали, которой виртуозно владеют русские специализированные кузнецы» (Б. А. Колчин, Чёрная металлургия и металлообработка в Древней Руси (домонгольский период), «Материалы и исследования по археологии СССР» № 32, М. 1953, стр. 207).

Как особая специальность в летописи упоминаются кузнецы-гвоздочники, если только верить Никоновской летописи, текст которой отличается позднейшими подновлениями. Впрочем, «гвозди железные» появляются уже на первых страницах летописи в описании походов Руси на Царьград в 941 г (ПСРЛ, т. X, СПБ 1885, стр. 143; Лавревт. лет., стр. 43).

Так же рано становятся известны замочные мастера, или «замочные кузнецы». Это название встречаем уже в таком раннем памятнике, каким является русский перевод Хроники Георгия Амартола ( И. И. Срезневский, Материалы, т. I, стб. 929).

К числу кузнецов я условно отношу и ремесленников, занятых производством железной и медной посуды. Новгородская летопись под 1216 г. упоминает котельника (Новгород, лет., стр. 57. В Златоструе: «Да котлы ковеши... по душу свою» (И. И. Срезневский, Материалы, т. I, стб. 1304)). Котлы были распространённой посудой в Древней Руси и нередко упоминаются в наших памятниках. Можно допустить, что котельники делали и железные сковороды («сковрода»), известные по памятнику конца XIII в. Замечательнее всего, что это слово было заимствовано литовцами от русских и притом в очень древнее время в форме без полногласия - skavarda (В. Ф. Ржига, Очерки из истории быта домонгольской Руси, М. 1929, стр. 42), что подчёркивает распространение железообрабатывающего промысла в Древней Руси.

Особую группу составляли в Древней Руси ремесленники, производившие оружие и военные доспехи. Эта отрасль ремесленного производства получила широкое развитие в Древней Руси, так как потребность в оружии в феодальные времена была всеобщей. Недаром же большое количество копий, щитов, топоров, мечей и пр. найдено в погребениях. Горожане, как правило, умели владеть оружием и примеры геройской защиты русских городов от врагов многочисленны. Различные виды оружия получили специальные названия или по способу их приготовления (харалужные копья из воронёной стали), или по внешней форме и окраске (червлёные щиты), или по основному месту их производства (русские кольчуги во французском эпосе, сулици ляцкие, т. е. польские, шеломы латинские и т. д. в русском эпосе).

Специализация в оружейном деле достигла больших размеров, так как она требовала особо умелых и тщательных приёмов обработки. Одно место Ипатьевской летописи говорит о мастерах-седельниках, лучниках и тульниках (Ипат. лет., стр. 558). Таким образом, производства луков и колчанов (тулов) являлись особыми ремесленными специальностями. Конечно, и другие виды вооружения и военного быта производились в особых мастерских. Надо предполагать специалистов-ремесленников по производству мечей, топоров, копий, шлемов и пр. Отсутствие указаний на мастеров подобных предметов объясняется только скудостью и случайностью наших письменных свидетельств. Но вот летописец упоминает о мастере «порочном», т. е. готовившем осадные машины - «пороки», и становится ясным, что специализация оружейного дела в Древней Руси была гораздо большей, чем мы предполагаем ( Новгород. лет., стр. 86. Следует отметить, что слово «порок» является производным от «прак» - праща, следовательно, имеет славянское происхождение, а «порок» появляется уже с русским полногласием). Новгородская летопись знает щитников, дважды называемых по имени, как людей, известных в своём городе (Новгород. лет., стр. 67, 73). Следовательно, даже случайные письменные свидетельства позволяют назвать ремесленные специальности тульников, лучников, щитников и порочных мастеров.

Слово «броня» также было широко известно в Древней Руси, в том числе и «броня дощатая» (Ипат. лет., стр. 595), т. е. железные латы, но термин «бронник» в значении ремесленника, выделывавшего брони, в ранней русской письменности неизвестен.

Особая группа ремесленников Древней Руси была занята производством украшений. Эта область ремесленного производства имеет большой интерес для историков искусства, но как раз в ней труднее всего провести грань между ремеслом свободных горожан и зависимых княжеских и боярских людей. Ювелирное производство в средние века не мыслится без прямого покровительства ремесленнику со стороны феодалов. Новгородские серебряные сосуды XI-XII вв. слишком дороги, чтобы их делали для сбыта на рынке. Они были заказными предметами, чем объясняется обычай указывать имя владельцев на серебряных и золотых сосудах, державшийся в России даже в XVI-XVII вв.

Кажется, наиболее общим и древним названием ремесленника, работавшего над изделиями из драгоценных металлов, было «златарь», «златарин». В переводных произведениях встречаем такое обозначение работы златарей: «Вот златари делают: пожигая серебро, вмещут олово, да изгорит в нем вся скверна» (И. И. Срезневский, Материалы, т. I, стб. 980; т."III, приложение, стб. 117). В русских сочинениях для обозначения ювелира употреблялось слово «серебряник» (В 1234 г. убили в сражении новгородца «Нежилу серебреника» (Новгород. лет., стр. 73)). «Серебряники» было общим названием, которое давалось ювелирам в Древней Руси, но это не значит, что в наших городах не было ремесленной специализации в производстве предметов роскоши и украшений, часть которых шла на более широкий сбыт. Таковы были серебряные и медные крестики, змеевики, гривны, поясные пряжки, женские украшения, в большом количестве находимые в древнерусских погребениях. А. В. Арциховский считает характерным женским украшением у славян височные кольца, которые производились «на месте у вятичей» и найдены были во всех пяти раскопанных вятических городищах (А. В. Арциховский, Курганы вятичей, М. 1930, стр. 43-47). Действительно, распространение определённого вида украшений на определённой территории заставляет предполагать существование каких-то местных центров производства. Обнаруженные в развалинах Старой Рязани бронзовые с эмалью кресты оказались совершенно сходными с крестиком, найденным в курганном кладбище в Рузском уезде («Труды VIII Археологического съезда в Москве», т. IV, М. 1897, стр. 91). Между тем в домонгольское время владения рявенских князей заходили в бассейне Москвы-реки, может быть, гораздо далее, чем позволяют об этом говорить письменные источники. Так, намечается один из центров ремесленного производства эмалей даже в такой отдалённой области, как бассейн Оки; этим центром была Рязань (Старая).

В более крупных городах, подобных Киеву, Новгороду и Полоцку, производство дорогих изделий для рыночного сбыта прослеживается ещё легче, так как некоторые железные и медные изделия были рассчитаны на более широкий сбыт, чем обслуживание ближайшей округи. Таковы, например, медные крестики и иконки X-XIII вв., найденные в разных местах Руси.

А. С. Гущин в своём исследовании о древнерусском художественном ремесле отмечает существование в Киеве мастерских, работавших на относительно широкий сбыт. «Такая мастерская была найдена в Киеве на Фроловскои горе, причём характерной чертой этой мастерской является наличие в ней ряда формочек для изготовления украшений на более широкого потребителя... Изделия этой мастерской в части своей представляли, таким образом, более дешёвый и ходовой товар, подражающий по формам наиболее распространённым украшениям господствующего класса» (А. С. Гущин, Памятники художественного ремесла Древней Руси X-XIII вв., Л. 1936, стр. 25-26). Трудно думать, что ювелирное производство имело повсеместное распространение, но тем большее значение оно могло иметь в крупных городах.

Для характеристики распространённости производства в Киевской Руси ювелирных изделий представляют интерес слова монаха Теофила, автора «Трактата о различных художествах» (Diversarum artium schedula). Во введении к трактату Теофил обращается к «возлюбленному сыну» (fili dulcissime) со следующими словами: «Если ты внимательно его изучишь, то найдёшь там, что имеет Греция в разных видах и смешениях цветов; что изобрела Русь в искусстве эмали и разнообразии черни; что Аравия употребляет в работах при ковке, сплаве или чеканке; что украшает славную Италию в применении золота и серебра для различных ваз или для резьбы на драгоценных камнях и кости; что Франция находит в искусном разнообразии цветных стёкол; тонкость изделий из золота, серебра, меди, железа, дерева и камня, которыми славится изобретательная Германия» (В подлиннике: «Quam si diligentius perscruteris, illic invenies quicquid in diversorum colorum generibus et mixturis habet Graecia; quicquid in electrorum operasitate, seu nigelli varietate novit Tuscia (Ruscia, Rusca, Rutigia, Russia), quicquid ductili vel fusili, seu interrasili opere distinguit Arabia; quicquid in vasorum diversitate, seu gemmarum ossiumve sculptura auro (et argento inclyta) decorat Italia; quicquid in fenestrarum pretiosa varietate diligit Francia; quicquid in auri, argenti, cupri et ferri, lignorum lapidumque subtilitate sollers laudat Germania» (Theophile preêtre et moine, Essai sur divers arts, Paris 1843; см. также Theophilus presbiter, Schedule diversarum artium, I Band, revidirter Text, Uebersetzung und Appendix von A. Ilg, Wien 1874, S. 9-11)).

Вместо слова «Русь» издателями французского перевода трактата была поставлена Тоскана (Tuscia) на основании двух списков трактата, но сами издатели отметили, что текст имеет варианты: Ruscia (Кембриджская библиотека в Англии), Rusca (Вольфенбюттельская библиотека), Rutigia (Лейпцигская рукопись), Russia (библиотека Нани). Издатели трактата комментировали трактат и снабдили текст своей вставки примечаниями: «Работа из черни заставляет думать, что чтение Tuscia должно быть предпочтительнее России. Нет ничего невозможного, что русские, обученные греками, делали изделия из черни в средние века; но искусство делать эмаль с чернью было специальностью Тосканы».

В немецком издании трактата Теофила на место Руси также поставлена Тоскана (Theophilus presbiter, Schedula diversarum artium, S. IV, VI, XIII). Чтобы увидеть, насколько такая вставка предвзята и ненаучна, отметим, что название Ruscia самим же издателем (Ильгом) указывается помещённым в Гвельфербитанском (codex Guelpherbita-nus) списке произведения Теофила. Между тем издатель называет Гвельфербитанский манускрипт древнейшим и относящимся к XII в. Название Ruscia находим и в другом древнейшем списке - Венском, который ряд исследователей трактата называет «древнейшей известной копией оригинала» трактата. К XIV в. относится Лейпцигская рукопись, где читаем вариант - Rutigia. В Кембриджской рукописи находим чтение Ruscia, эту рукопись относят к XIII в.

Таким образом, древнейшие рукописи согласно говорят о Руси, а не о Тоскане. Следовательно, название Руси с наибольшим вероятием стояло в оригинале трактата, и только позже, после разорения Руси монголами, по догадке, было переделано на Тоскану (Tuscia) (Theophilus presbiter, Schedula diversarum artium, S. IV, VI, XIII).

А. Ильг считает автором трактата Теофила одного монаха бенедиктинского монастыря в районе Падерборна. Этот монах был известен как художник, изделия которого сохранились до нашего времени. Время его деятельности относится к концу XI - началу XII в. Автор трактата был знаком с греческим языком, впрочем в достаточной мере примитивно. Это вообще ставит вопрос о происхождении трактата, озаглавленного именем Теофила. Не являлось ли латинское сочинение переработкой какого-нибудь греческого трактата, принадлежавшего некоему Феофилу (Теофилу), имя которого и было оставлено в заглавии.

На это указывает та особенность всех известных рукописей трактата, что оглавление в них стоит в противоречии с порядком глав. Издатель объясняет это тем, что порядок глав был произвольно изменён переписчиками ( «Dass das Original-Manuscript der Schedula unter den bisher bekannten Handschriften sich nicht befindet, geht schon daraus hervor, dass sie alle Indices besitzen, welche mit der Reihenfolge des Capitels in Widerspruch stehen, die dann im Texte eingehalten ist. Hie-durch gibt es deutlich zu erkennen, dass immer die Anordnung eines andern Manuscriptes als Regel genommen, wahrend des Copirens aber nach Willkür vorgegangen würde» (Theophilus presbiter, Schedula diversarum artium, S. XXII-XXIII)). Но такой домысел мало вероятен. Скорее подобная особенность рукописей трактата указывает на то, что составитель его пользовался каким-то оригиналом, который он переделывал, поэтому оглавление и порядок глав оказались плохо согласованными.

Возможное греческое происхождение автора трактата с ещё большей убедительностью говорит за первоначальность чтения Ruscia. Это подтверждается и тем, что в трактате перечисляются большие страны мира: Греция, Аравия, Италия, Франция, Германия. Под Аравией, конечно, понимается не собственно Аравия, а страны арабского или мусульманского Востока. Между тем Тоскана является только частью Италии, и появление её в тексте явно нелогично. Особенно важным доводом в пользу варианта Ruscia (Русь), а не Tuscia - говорит то, что Русь названа в различных видах своего латинского названия, вплоть до Rutigia, - верный знак того, что первоначальный текст, где, вероятно, стояло Ruscia, не вызывал у переписчиков сомнения, о какой стране идёт речь: эту страну они знали под разными вариантами её названия. Б. А. Рыбаков, пользуясь венским изданием 1874 г., первоначально отнёс трактат Теофила к X столетию. Однако ой сам признаёт, что современных Теофилу русских перегородчатых эмалей мы не знаем. Но таких русских эмалей более позднего времени известно много. Уже эта деталь трактата указывает на возникновение его не в X, а скорее в XI-XII вв.


Источник: http://historic.ru/

  • Древняя Русь
  • Книги
  • Методики
  • Печать
  • Правители Руси
  • Православие
  • Шрифты
  • © 2004 Печатный-Двор.SU. Правила копирования | Контакты