Святая Ольга и языческие боги

Кроме политических задач, перед Ольгой встала проблема совершенно иного порядка. Религиозная. Она приняла на себя звание регентши — такое же, как прежние норманнские временщики-«хельги». Но регентские обязанности не ограничивались гражданской и военной властью. Сами тронные имена Хельги, Хельга, означали одновременно правителей и жрецов. Княгиня стала верховной жрицей государства и войска.

В принципе, это не было чем-то новым для славянок. Каждая хозяйка являлась жрицей в своем доме. Лечила детей и мужа травами, кореньями, знала заговоры на разные случаи. Она заведовала культом мертвых, разыгрывала «оклички», поминальные плачи, обряды сжигания соломы «для предков», их угощения в «навьи дни». Чисто женские ритуалы исполнялись в начале и конце жатвы, при встрече осени. Женщины отвечали за гадания, магическую защиту хозяйства. В любом селении имелась главная жрица. Она руководила коллективными действами, к ней обращались при тяжелых болезнях, когда собственных сил не хватало. Есть упоминания, что мать Ольги занимала такое положение в родной деревне Выбуты.

Но княгине претили многие обычаи. У язычников они тесно переплетались с чувственной сферой. Были священные ритуалы плодородия, Ибн-Фадлан сообщал, что русский властитель в определенные дни сочетался с одной из жен в присутствии всех придворных. Некоторые обряды исполняли без одежды, даже на похоронах ближайший родственник усопшего зажигал погребальный костер в чем мать родила. Славяне привыкли к этому, считали нормальным. Те же ритуалы плодородия справляли не только во дворце, но и в каждом селе, каждой семье. На свадебных пирах демонстрировали и дружно чествовали мужское достоинство жениха. Женщины собирались ночью в лесу попрыгать нагишом в особых плясках. Во время эпидемий или падежа скота славянки в таком же виде впрягались в соху, и борону, опахивали деревню по кругу — без разницы, приходилось ли шлепать по осеннему ненастью или зимним сугробам. А девчонки защищали огороды от вредителей, обегали их голой гурьбой. Мужики и бабы выходили купаться под первым грозовым дождем, реем миром плескались в реке на разгульных летних праздниках. Подрастающие девушки и юноши на ярилиных, русальных, купальских игрищах перешагивали порог во взрослую жизнь, наперебой пробовали себя с другим полом.

Но Ольга очень отличалась от сверстниц. Некая Сила, пока еще неведомая ей, сделала ее не такой, как все. Она выросла сдержанной и целомудренной — это проявилось при ее первой встрече с Игорем. Княгиня должна была руководить обрядами, хотя бы присутствовать на них, а они вызывали у нее отвращение. Наползали сомнения, неужели такие вещи могут нравиться богам? Ведь только изнутри, для тех, кто распалил сам себя и ничего уже не видит вокруг, это кажется красивым, радостным, одухотворенным. Ну что может быть священного, если люди на чужих глазах сплетаются и дрыгаются, как уличные собаки? В чем высокий смысл и в чем веселье, если гости пьют из свадебных чаш, куда окунали чей-то срам? А что красивого, когда выпячиваются напоказ все мослы и складки? Оплывшие, ссохшиеся от старости, незрелые, как ощипанные цыплята, телеса молодух, посиневшие и трясущиеся от ночного холода, перепачканные, расчесанные от комариных укусов? Разве богам приятно на это любоваться?

Прекраса-Ольга еще с детства ощущала — здесь что-то не так, что-то неправильно. Надо что-то изменить. Только что и как? Древними обычаями жили все окружающие, односельчане, родители. Кто захотел бы ее слушать? Но когда она вышла замуж, стала супругой Великого князя, ей пришлось соприкоснуться и с ритуалами другого рода, куда более отталкивающими. Норманны и прибалтийские славяне принесли на Русь жертвоприношения людей. Правда, соплеменников убивали редко. Обычно жертву покупали у пиратов, ездивших в Византию и Хазарию сбывать «живой товар». Времена были жестокие, люди погибали сплошь и рядом, и кого могло тронуть, если режут чужеземца, лопочущего на непонятном языке? Но в особых случаях выбирали сородичей, бросали жребий на собственных сыновей и дочерей. И вот таких обычаев в родных для Ольги селениях кривичей не знали никогда. Зато в Киеве они прижились, к ним активно подключилась местная племенная знать.

Удивительно? На самом деле, нет. Ведь участие в жертвоприношениях приобщало к варяжской верхушке, к придворной элите! А само зрелище, как потрошат на алтаре юношу или девушку, опьяняло и завораживало. Конечно, был риск, что однажды там окажется кто-то из твоих детей, да авось пронесет. Но каково же было Ольге? Она видела, как перед колодами идолов с важным видом разыгрываются трагедии,

как нелепо и ненужно умирают перед деревяшками молодые и сильные люди. Видела больное возбуждение зрителей. И не верилось, что мудрые светлые боги желают этой глупости и мерзости. Или они совсем не мудрые? Или не светлые? А Кто мудрый и добрый? Кому надо служить?

На Руси уже было довольно много христиан. Во времена Вещего Олега русичи подружились с крещеными болгарами. Кто-то принимал крещение на византийской службе, при поездках в Крым. В Христа уверовали и некоторые бояре, дружинники. В Киеве построили несколько храмов. В 944 г., когда утверждали договор с греками, часть русичей присягала по христианскому обряду в соборной церкви св. Ильи. Великой княгине Ольге, по самой ее натуре, вера в Спасителя оказалась близкой. Она обратилась к христианству самостоятельно, от Бога, поэтому и признана равноапостольной.

Но от каких священников, от какой церкви она получила крещение? Летопись утверждала, что святое таинство совершил в Константинополе патриарх Полиевкт. Хотя действительности это не соответсвовало. Летопись подправили последующие греческие митрополиты Киева. А при жизни Ольги византийцы составили подробнейшие описания ее визита в Константинополь, и о крещении не упомянули ни слова. Мало того, она приезжала к императору уже крещеной, со своим духовником Григорием. Если греческие священники окрестили правительницу в Киеве, то все равно Константинопольская патриархия раструбила бы на весь мир о грандиозном успехе. Таких достижений не замалчивали ни Византия, ни Рим. Наоборот, старались оповестить все страны, тем самым застолбить за собой сферы влияния. Но ни греческий, ни латинский первосвященники не похвастались, что Ольга крещена от них. (Кстати, принять крещение от патриарха Полиевкта было не очень-то большой честью — он подчинялся безбожному римскому «князь-папе» Иоанну XII).

Однако в X в. существовала еще одна патриархия, все архивы которой впоследствии были уничтожены византийцами. Болгарская. Она вела очень активную миссионерскую работу. Причем стоит подчеркнуть важный факт: Болгарская церковь все еще оставалась единственной, где богослужение велось на славянском языке! Не удивительно, что русские чаще всего обращались в христианство именно болгарскими проповедниками. Святая Ольга была в их числе. В крещении она приняла имя Елены — в честь св. Елены, матери Константина Великого, которая стала первой царственной христианкой в Римской империи, нашла и принесла подданным Животворящий Крест Господень. Некоторые источники указывают, что Ольга стала христианкой в 946 г., сразу после подавления древлян, другие называют 954 или 955 г.

Первая дата более вероятна. Великая княгиня упрочила свою власть, приступила к самостоятельному правлению в Киеве, начинала реформы — и если даже не сразу приняла крещение, то готовилась к нему, перешла в христианскую общину. А тем самым избавилась от жреческих обязанностей. Нет, она еще не могла развернуть борьбу с язычеством. Началась бы смута, неурядицы, а плоды пожали бы хазары. С Ольгой крестились только ее приближенные. Но этот шаг позволил ликвидировать киевское капище, где лилась человеческая кровь. Ну а как же, оно было главным, общегосударственным. Верховной жрицы не стало, и обряды сами собой прекратились.


Источник: http://www.mystic-chel.ru

  • Древняя Русь
  • Книги
  • Методики
  • Печать
  • Правители Руси
  • Православие
  • Шрифты
  • © 2004 Печатный-Двор.SU. Правила копирования | Контакты