Андрей Тюняев: Москва на 300 лет старше

С развитием археологии приходится пересматривать большинство общеизвестных «фактов» из истории России. Сегодня газета «Президент» представляет статью президента Академии фундаментальных наук Андрея Александровича Тюняева, опубликованную в первом номере за 2011 год авторитетного научного журнала Российской академии наук «Россия и современный мир». Статья называется: Тюняев А.А. Сколько лет Москве? (К вопросу о спорах между археологами и летописцами) // Россия и современный мир = Russia and the contemporary world: Научный журнал / РАН. ИНИОН, Институт экономики; Ред. колл. Ю.И. Игрицкий (гл. ред.) и др. – М., 2011. – ISSN 1726-5223. – № 1(70). – 268 c. C. 172 – 178.

«Были на этом месте сёла красные, хорошие».
(Древнерусское сказание)

Всему миру известна дата основания Москвы. «1147» – это год первого упоминания Москвы в христианских летописях. Однако в конце апреля 2007 г. в новостных лентах появилось сообщение: «Археологи считают, что Москва появилась на 200 лет раньше 1147 года». К такому выводу пришёл заведующий сектором археологии Москвы Института археологии Российской академии наук доктор исторических наук Леонид Беляев, проводивший исследования на территории Свято-Даниловского монастыря. По его мнению, «здесь было древнейшее славянское поселение на территории Москвы. Мы считаем, что это IX век, если не раньше». Об этом говорят спектрографический и типологический анализы обнаруженной здесь керамики. Кроме того Л. Беляев предполагает возможность существования на современной территории Москвы поселений, уже начиная с V в. до н.э. (там же).

Это не единственный случай «спора» археологии и летописных источников. Так, в самом начале марта 2010 г. По новостным лентам прошло сообщение, красноречиво озаглавленное «Археологи выиграли спор у древних летописей о более ранней дате основания Полоцка». В 2009 г. археологическая экспедиция Института истории Национальной академии наук республики Беларусь под руководством М. Климова обнаружила доказательства тому, что Полоцк существовал уже в первой половине IXв. То есть раньше, чем под датой «862», состоялось первое упоминание этого города в легендарной «Повести временных лет». Основанием для такого вывода явилось то, что на территории древнего городища, первоначального центра Полоцка, были обнаружены четыре фрагмента «арабских» серебряных монет – дирхемов, отчеканенных в 800 – 825 гг.

Другой пример. В самом начале июня 1999 г. на Международной конференции «Средневековая Казань: возникновение, развитие» мэр г. Казани К. Исхаков обратился к учёным с просьбой дать заключение о возрасте города, отметив, что к настоящему моменту учёные, археологи, библиографы накопили обширный доказательный материал, и что, по его мнению, Казань имеет гораздо более древний возраст. В рамках просьбы, помимо прочего археологического материала, были исследованы найденные при раскопках Казанского кремля древние монеты, и послушные независимые участники конференции «пришли к мнению, что комплексный анализ накопленных материалов позволяет сформулировать вывод о возникновении г. Казани в конце 10-го – начале 11-го столетия и считают целесообразным празднование 1000-летнего юбилей г. Казани в начале третьего тысячелетия». В таком важном деле К. Исхакова поддержал Министр культуры Российской Федерации (тогда это был В.К. Егоров), в своём выступлении также предположивший, что «нынешние исследования по вопросу возраста Казани позволят будущим поколениям Татарстана открыть новые, ещё более древние пласты истории Казани».

Удивительно, но министр ни слова не сказал, что будущим поколениям русских тоже, возможно, захочется открыть более древние пласты истории Москвы. И действительно, Александр Векслер, тогдашний главный археолог Москвы, автор более трёхсот научных публикаций по археологии, архитектуре, культуре и быту Москвы, обладатель знака отличия «За заслуги перед Москвой» в своей недавней работе «Новые археологические данные о предградии Московского Кремля» в том же 1999 г. опубликовал новые данные о древности Москвы. Наша столица – обширный археологический комплекс, который включает более ста памятников средневековья в исторической части города. Планировочную структуру Москвы издревле составляли град (впоследствии Кремль) и его предградие – посад, непосредственно прилегавшие к первоначальной крепости.

Археологические исследования 1990-х годов существенно расширили представления о развитии территории Москвы в динамике исторического роста. Особо важную информацию археологи почерпнули при исследовании предградия, окружающего Московский Кремль. При раскопках ряда объектов Занеглименья (Старое Ваганьково, Волхонка, Манежная и Арбатская площади) обнаружены древнерусские украшения и предметы быта. Во Всехсвятском проезде у храма Христа Спасителя найдены вятические украшения. И на этом же месте ранее обнаружен клад «арабских» дирхемов IX в., что, по мнению А.Г. Векслера, «подчёркивает нерядовой характер раннего поселения».

Раскопками на Старом Гостином дворе обнаружены древнерусские украшения, относящиеся к долетописному времени. Раскопками вдоль Ильинки, от начала улицы и вплоть до крепостной стены Китай-города, открыта древняя мостовая в 23 яруса. Начиная от раннего времени, она регулярно ремонтировалась, и сооружались новые бревенчатые мостовые. На участке у Красной площади ниже вымостки обнаружены горизонты первичного освоения территории, которые свидетельствуют о существовании здесь усадебной застройки, перемежавшейся с пахотно-огородным горизонтом. Исследование 16 образцов древесного угля по радиоуглеродному методу дало несколько дат начала распашки и застройки, ранние из них – 890 и 895 гг., поздние – 1041, 1048, 1058, 1072 гг.

Это значит, что в районе Красной площади Москва была распаханной и застроенной за 257 лет до первого упоминания в летописи. Поэтому и А.Г. Векслер делает вывод, что «археологические материалы свидетельствуют о раннем возрасте ближайших поселений у града», «ранняя Москва имела более обширные пределы, чем это представлялось до недавнего времени», и что эти данные открывают «широкие возможности для корректирования датировок культурного слоя раннефеодального города».

Уникальные находки вятических украшений были сделаны в Московском Кремле более 130 лет назад. Вятичи женщин хоронили в подвенечном наряде, со всеми украшениями. «Глубокая древность здъшняго поселенья утверждается больше всего случайно открытыми въ 1847 году, при постройкъ зданія Оружейной Полаты и неподалеку отъ первой по древности въ Москвъ церкви Рождества Іоанна Предтечи, теперь не существующей, нъсколькими памятниками языческаго времени. Это двъ большія серебряныя шейныя гривны или обручи, свитые въ веревку, и двъ серебряныя серьги-рясы, какія обыкновенно находятъ въ древнихъ курганахъ.

Другой поселокъ, столь же древній, находился за Неглинною на мъстъ новаго храма Спасителя, гдъ былъ прежде Алексъевскій монастырь, тоже на береговой горъ и при устьъ потока Черторыя. На этой мъстности при рытьъ земли для фундаментовъ новаго храма въ числъ другихъ предметовъ найдены два серебряныхъ арабскихъ диргема, одинъ 862 г., битый въ городъ Мервъ, другой 866 г. {Савелъевъ: Мухамеданская нумизматика. Спб., 1847 г., стр. 162.--Ж. М. Н. II. 1847, марть, стр. 267.}» (11).

Но кремлёвские находки в тот момент, в середине XIX в., не заинтересовали московских историков. Лишь спустя несколько десятилетий, выступая на археологическом съезде, один из ведущих русских археологов И.Е. Забелин обратил внимание на то, что «эти находки должны относиться, по всему въроятію, къ концу 9 или къ началу 10-го столътія. Кромъ того, шейныя гривны и серьги по достоинству металла и по своей величинъ и массивности выходятъ изъ ряда всъхъ такихъ же предметовъ, какіе доселъ были открыты въ курганахъ Московской области, что можетъ указывать на особое богатство и знатность древнихъ обитателей Кремлевской береговой горы».

Другая находка подтверждает, что высокопоставленные киевляне успели побывать с официальной миссией в Москве ещё до её «летописного» рождения. Археолог Н.С. Шеляпина в шурфе у стен Оружейной палаты обнаружила свинцовую «вислую», т.е. привешивавшуюся к грамоте, печать. Академик РАН В.Л. Янин отнёс её ко времени княжения в Киеве Святополка Изяславовича – к 1093 – 1096 гг. То есть крепость 1156 г. была построена в уже сложившемся поселении. Но эта крепость не была первой.

При археологических наблюдениях у Большого Кремлевского дворца, близ места находки украшений вятичей, у крутизны Боровицкого мыса был зафиксирован древний ров шириной 16 – 18 м, глубиной 5 м и формой в виде вытянутого, опрокинутого вершиной вниз треугольника. Этот ров и защищал древнейший град. К нему с севера по реке Неглинной и с востока по реке Москве примыкали посады с ремесленно-торговым населением. Москва издревле являлась местным центром, снабжавшим своей продукцией окрестное население. По материалам раскопок можно судить о постепенном складывании рынка, т.е. о том, как город экономически объединял округу.

Известный нумизмат А.И. Черепнин ещё в конце XIX в. писал, что «клады с куфическими монетами в большинстве случаев довольно определенно обозначают места древнейших поселков и своим числом отчасти указывают на сравнительную густоту древних поселений, существовавших в разных областях древней Руси в эпоху торговых сношений с арабами». Другой нумизмат, А. Бычков в своих работах описывает 15 древних кладов Москвы, относящихся к 860 годам и состоящих целиком из «арабских» дирхемов. А в XI в. сюда хлынули уже западноевропейские монеты, обнаруженные клады которых описал в своих работах академик РАН В.Л. Янин.

Группа археологов так и озаглавили: «Докремлёвская Москва: новые данные по топографии и керамике Даниловских селищ 9/11 14 вв.». Обратим внимание, что самой ранней снова указана дата – IXв. Это на три века раньше летописной даты! Авторы приводят новые данные о размерах, рельефе и керамической хронологии древнерусского селища на территории современной Москвы – Даниловского. Это селище открыто в 1980-х годах в 6 км к югу от средневекового центра Москвы на территории Данилова монастыря (известен с конца XIII в.).

Работами 2000-х годов установлена значительная площадь селища (около 500 м вдоль Москвы-реки) и дата его возникновения – не в конце X – XIвв., как предполагалось ранее, а на 50 – 100 лет раньше. Установлено также, что центром древнего русского селища являлся приречный мыс, на котором ранее существовало поселение раннего железного века (вторая половина I тысячелетия до н.э. – рубеж I тысячелетия н.э.), то есть опять же V в. до н.э.

По новым данным, археологи делают закономерный вывод: «Эти сведения важны для решения вопроса о существовании, датировке и расположении поселений, которые должны были предшествовать строительству княжеской крепости в 1150-х годах на Кремлёвском холме». Да, Москва это не один холм, даже если он Кремлёвский. Москва, как и любой другой город, это поселение людей, существовавшее на одном и том же географическом месте. Не случайно авторы делают упор даже не на IXв., что уже удревняет возраст Москвы на 300 лет, а на раннем железном веке, то есть времени «до новой эры». Началом этого периода ориентировочно считается V в. до н.э. Эта отправная археологическая точка делает возраст Москвы равным 2500 годам.

Но и это не предел для хронологических гипотез. Группы курганов вятичей обнаружены у станции Яуза, в Царицыне, Чертанове, Конькове, Деревлёве, Зюзине, Черемушках, Матвеевском, Филях, Тушине и в других местах. Городища дьяковской культуры раннего железного века открыты у села Дьяково близ Коломенского, на территории Кремля, на Ленинских горах, на реке Сетунь, в Кунцевском лесопарке и во многих других местах Москвы. Известен фатьяновский могильник бронзового века у села Давыдково, Щукинская неолитическая стоянка на реке Москва и так далее и тому подобное. На территории северо-запада г. Москва известны три стоянки IIIтыс. до н.э. – Щукинская, в Серебряном Бору, и на месте прежней деревни Алёшкино. На территории столицы зафиксировано более 200 археологических памятников, уходящих своими корнями в палеолитические поселения типа Зарайска возрастом 20 тысяч лет.

Данные антропогенеза говорят, что на Русской равнине обнаружены самые древние стоянки неоантропа. Развитие, преемственность и непрерывный характер археологических культур региона прослежены автором данной работы. В ней же впервые проведён статистический анализ археологических памятников региона, показавший наличие многочисленного населения.

Приход в регион Москвы инородного населения состоялся по древним торговым путям. Наиболее ранним из них является «лазуритовый» путь. Согласно археологическим данным, он функционировал уже с IV тысячелетия до н.э. А в III – IIтысячелетии до н.э. основным объектом торговых отношений в исследуемом регионе стал янтарь и изделия из него. Находки янтаря на территории Москвы связаны с волосовской культурой. Несомое волосовской культурой распространение украшений из янтаря покрывало территорию от Прибалтики до Камы и от Вологды до Пензы. Можно предположить, что «янтарный» торговый путь связывал население московского ареала как со странами Европы, так и со странами Средиземноморья.

В дохристианский период раннего Средневековья экономическая жизнь территории Москвы прекрасно маркируется находками «арабских» дирхемов раннего периода (VII– XIвв.). Вновь масса находок этих монет тяготеет к Московскому региону и землям, расположенным к северо-западу от него, то есть землям венедов, вятичей и словен.

На основании изложенного можно сделать следующие выводы. Летописные свидетельства о временах существования древнерусских городов с вступлением археологических исследований в активную фазу требуют своей корректировки. Так обстоит дело и с установлением возраста Москвы. По практически единодушному мнению исследователей археологии Москвы, её летописный возраст не отражает действительности, его необходимо удревнить. Такое удревнение возраста Москвы подтверждено многочисленным археологическими находками, аналогичными тем, на основании которых устанавливаются возрасты городов в мировой практике. Наиболее реальным на сегодня может являться удревнение возраста Москвы на 300 лет.


Источник: http://www.dazzle.ru

  • Древняя Русь
  • Книги
  • Методики
  • Печать
  • Правители Руси
  • Православие
  • Шрифты
  • © 2004 Печатный-Двор.SU. Правила копирования | Контакты